ПРОЗА И ПУБЛИЦИСТИКА

В конце октября на экраны кинотеатров Литвы выходит фильм-подделка «Матильда»,
Публикуем рецензию вильнюсского историка В.В.Иванова на эту книгу белорусского
В честь 153-годовщины Виленского пехотного юнкерского училища 21 сентября
В рамках дискуссионной трибуны «Северные Афины – диалог культу между Востоком и
Представляем книгу профессора Белорусского государственного университета,

ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.

15.02.15 | Раздел: РАРОГ » Проза | Просмотров: 2302 | Автор: Валерий Виленский |
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.

16 февраля в Литовской Республике отмечается национальный праздник. Он связан с тем, что в этот день 1918 года «Литовская Тариба» огласила решение о независимости Литвы. Сам по себе этот политический акт, свершённый в столице исторической Литвы Вильне группой лояльных немецкой оккупации литовцев, по мнению кайзера Германии Вильгельма II должен был стать прелюдией к оформлению полной аннексии Германским Рейхом западных территорий бывшей Российской империи. Это осуществлялось путём провозглашения королём новообразованного Литовского королевства под именем Миндаугас II немецкого принца из рода фон Урах и его последующей коронации. Поражение Германии в Великой войне (Первой мировой - 1914-18 гг.) не позволило осуществить задуманное немцами. (Подробнее об этом читай здесь: http://sojuzrus.lt/rarog/publicistika/514-deklaraciya-nezavisimosti-litvy-genezis.html и здесь: http://sojuzrus.lt/rarog/publicistika/516-deklaraciya-nezavisimosti-litvy-genezis2.html ).
Вместе с тем, вся эта политическая авантюра имела своё развитие в пространстве и времени - данная статья, глава из моей 4–х томной докторской монографии «De jure и de facto», раскрывает всю непростую предысторию появления т.н. Декларации о независимости Литвы.


ПОИСКИ НАЦИОНАЛЬНОГО ЛИТОВСКОГО ЦВЕТА


Всё познаётся в сравнении. Нарушение размеренной патриархальной жизни, война и насилие со стороны вторгшихся с оружием в руках и говорящих на чужом языке пришельцев, бесспорно, послужили катализатором процесса трансформации в национальное сознание этнокультурного самоопределения местных аборигенов. Но вот немцы ушли. Однако остались обострённые национальным сознанием чувства этнической самобытности. Эти чувства ещё не могли, и не стали полностью чувством национальной гордости, поскольку они вообще ещё не окрепли, ибо их культурная составляющая не могла развиваться во время четырех лет войны.
По сути дела все эти годы национальное сознание здешних людей лишь только всё более отчуждалось в некую фетишизированную и весьма ранимую форму. Происходило это в следствие перманентного всеобщего грабежа оккупантом местного населения, духовного насилия над его нравственными устоями (зиждущимися на религиозных табу) и физической экстерминации наиболее непокорных.
Кроме этого, на людей оказывалось очень сильное пропагандистское воздействие. Особенно в оккупированных городах и посёлках. В сопутствующей военным действиям и оккупации чужих территорий идеологической войне во славу победы Германского Рейха, которую проводили немцы всевозможными методами и в различных формах, безудержно восхвалялись ценности индустриального, технологичного и потому высоко цивилизованного нового порядка. Естественно, в данном случае, только в общегерманском государстве под скипетром кайзера. Лояльные по отношению к вторгшимся немцам авторитетные и влиятельные литовские националисты попросту подкупались оккупантами, причём весьма не дорого. Так выкармливалась и формировалась прослойка “новых литовцев”, а также и других националов, в том числе и польских.
Литовским националистам вторили социалисты из очень влиятельной в Вильне и Ковне еврейской национальной социалистической партии “Бунд” (начало деятельности 1897г.). Бундовцы строили свою антицарскую, антидворянскую деятельность за построение демократического гражданского общество, опираясь на лозунги о национальных интересах, под которыми, прежде всего, подразумевались - земля, экономика, равные гражданские права (как тогда говорили - свободы), независимо от имущественного ценза и социального происхождения.
Вместе с тем, уже во время войны, а в особенности после Октябрьской революции в России осенью - зимой 1917г., другие местные социалисты - большевики вели свою политическую деятельность на основе пропаганды, призывавшей к высоким идеалам всеобщего, мирового, интернационального, классового и поэтому справедливого государства власти рабочих и крестьян.
Названные два, по сути дела противоположных направления (национальное и интернациональное) социалистической идеи о социально-справедливом переустройстве государства в капиталистическую эпоху, имели единственный общий знаменатель - “с эксплуататорами трудового народа не по пути!” Правда, говоря об эксплуататорах, все социалисты прежде всего указывали на помещиков: русских, поляков, немцев - напрочь забывая о капиталистах евреях, которые к тому времени уже во всю развернули свою, предпринимательскую деятельность в банковско-финансовом, сырьевом и перерабатывающем деле, а также в торговле. Процесс роста влияния еврейского капитала развивался в городах и весях Неманского края, России, Польши, Германии, Австро-Венгрии и в остальной Европе.
В то же время “новые литовцы”, как на селе, так и в городе, не обладали до войны большим имуществом. Велико было их стремление всячески улучшить и приумножить своё состояние, благо военное лихолетье оставляло за собой много конкретных материальных ценностей, брошенных, прежде всего, русскими, да и - поляками. Поэтому часть литовских политиков быстро подхватила идею о социально «справедливом национальном литовском государстве» и на немецких штыках понесла её в народ.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.

События развивались следующим образом. Ещё накануне Первой мировой войны, в Четвёртой Государственной Думе Российской Империи произносились торжественные слова от имени “всех литовцев”, прославлявшие российское оружие и одобрявшие надвигавшуюся войну за передел мира. “Литовские националистические деятели подобострастно ожидали милости от самодержавия, полагая, что победа России над Германией приведёт к воссоединению всех литовских земель в составе Российской Империи и их автономия будет получена из рук царя”.
Уже во время войны “один из известных представителей польской общины, администратор Виленской епархии, апостольский протонотарий, ставший в последствии Виленским епископом, ксёндз Казимир Михалкевич демонстрировал ещё в конце 1916г. свою верность уже более года не существовавшему в Вильне государству и российскому правительству. Проявлением такой лояльности, которая возмущала многих католиков и просто людей иных политических взглядов, были торжественные богослужения в кафедральном соборе по торжественным российским дням - в день рождения матери царя. Правда, по свидетельству очевидцев, это проходило обычно в полностью пустом костёле и могло свидетельствовать лишь о политической демонстрации. Ксёндз Михалкевич своими тогдашними взглядами не был исключением. Безусловно, самый известный житель Вильна тех времён, заслуженный для польской культуры адвокат Б. Врублевский, был весьма лоялен к российскому государству. Своей исключительной индивидуальностью оказывал воздействие на людей, подверженных его влиянию и даже на учреждения, в том числе на членов Виленского магистрата”.
С другой стороны, перед войной поляком почти удалось убедить Рим в том, что Польша должна быть идентифицирована с распространением католицизма на Востоке, поскольку только она может противостоять распространению православия в Белоруссии и на литовских землях. Уже во время войны полякам практически удалось отгородить литовских представителей в их сношениях с Ватиканом и добиться такого положения, при котором даже их церковные дела, не попадали непосредственно к Римскому папе. Они всегда стремились к тому, чтобы все пожелания литовцев, прежде всего, были рассмотрены поляками и имели одобрение их католических первосвященников, вплоть до приложения к ним печати.
Миллионы денег шли в Виленскую, Гродненскую и Ковенскую губернии. В этих губерниях поляки организовали более 500 народных школ, несколько гимназий и технических школ. Под сенью немецкого оружия в 1915-1916гг. проводилась полонизация этих территорий. В сообщении Лиги польской государственности (Liga Państwowości Polskiej), опубликованном ещё в 1916г., откровенно говорилось, что не только по историческим, но и по хозяйственным, а также и по политическим соображениям Польское государство следует строить не по этнографическому принципу. В данном сообщении предлагалось включить в состав Польского государства литовские, белорусские, а также часть украинских и русских земель. Включение этих земель в границы Польского государства входило в программы всех национальных - буржуазных политических партий и группировок Польши. В дальнейшем программы территориальных требований польских националистов были направлены на включение в границы Польского государства тех земель бывшей Речи Посполитой, где проживало до 50% жителей польской национальности.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Германо-российский фронт в 1915 г.

Действовавший в Вильне Комитет поддержки поляков всецело зависел от Варшавы. Деньги ему присылал комитет Р. Дмовского, И. Падеревского, Г. Сенкевича, Вявейского. Деньги не пропадали даром. “За восстановление Речи Посполитой в Виленских костёлах агитируют польские ксендзы Яшенский, Кретович, Кулечко, Пучато, Сенкевич, и даже евангелистский священник К. Курнатовский”.
В июле 1916г. в Вильне были созданы первые ячейки Польской военной организация (POW), члены которых дали присягу на верность своим командирам, в том числе руководителю 11-го Виленского округа POW Добачевскому.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Юзеф Пилсудский с членами Главного командования
подпольной Польской Военной Организации (POW) в 1917 г.

Немецкий и австрийский генералы Беселер и Кук 5 ноября 1916г. издали в Варшаве и Люблине два идентичных манифеста. В них от имени Вильгельма II и Франца-Иосифа прозвучало обещание на польских землях, отобранных у России, “создать самостоятельное наследственное монархическое конституционное государство”. Целью этой политической акции было желание привлечь на свою сторону как можно большее количество польских добровольцев. Ноябрьский акт двух императоров с энтузиазмом встретили вильнюсские поляки, члены местного “Национального клуба” (“Klub Narodowy”). Под Меморандумом германскому Кайзеру, который был написан “от имени всех польских политических течений в Литве”, читаем среди 44 подписантов фамилии: Станислав фон Когновицкий, граф Мариан Брел-Платер, Бронислав фон Умястовский, Вацлав Завадский.
Кто конкретно из венценосных наследников немецкого дома Гогенцоллернов или австрийского - Габсбургов станет монархом над поляками, об этом высочайшие манифесты умалчивали. Почти сразу вслед за этим актом, в том же месяце, умирает Франц-Иосиф и на австрийский престол садиться император Карл (1916-1918). Это усилило возникшее соперничество между немцами и австрийцами за ожидаемую военную добычу. Тем не менее, данные манифесты легализовали численное пополнение оккупационных войск союзников. Начиная с 8 декабре 1916г. был налажен легальный путь из Вильна в польские легионы Австро-Венгерской армии.
Однако немцы думали прежде всего о себе. Организовав в Вильне немецкое бюро по записи добровольцев в польские военные отряды, они отнюдь не спешили помочь австрийцам, не направляли их к Ю. Пилсудскому. “Из 500 зарегистрировавшихся, 75% было направлено в немецкие войска”. Среди тех немногих местных литовцев, которым всё же удалось попасть в польские легионы, был и Михаил Рёмер, ставший в последствии ректором каунасского университета имени Витовта Великого.
Естественно, тех, кто уходил на фронт “провожали очень сердечно - с напутствующими молебнами, оркестрами и стечением толп народа”.
И всё же, накануне июльского прорыва российских войск в Галиции (на фронте с австро-венгерскими войсками), немецкое бюро в Вильне по вербовке добровольцев в польские легионы прекратило свою деятельность с 1 июня 1917г.
Со вступлением немецких войск на территорию Ковенской губернии сразу проявили свою лояльность к оккупантам местные литовские политические активисты. Среди них были и такие видные, как националист А. Сметона и социалист С. Кайрис. Заметим, в надежде на автономию для литовцев, они ранее поддержали российского императора в его военных начинаниях против Германии. Но вот, уже летом 1916г. - просят генерала Людендорфа добиться у кайзера Вильгельма II согласия на создание самостоятельного литовского государства.
Поскольку это не соответствовало захватническим планам Германии, обращение литовцев осталось без ответа. Это только потом, после революции в России, немецкий Кайзер начал помышлять о создании в Прибалтике Курляндского герцогства и Литовского королевства.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Ставка Верховного главнокомандующего Николая II
Эпическая картина: Приехавшие из Петрограда в Псков представители Временного Комитета Государственной Думы В.В.Шульгин (1878-1976 гг., слева, лысый с усами) и А.И.Гучков (1862-1936 гг., с бородой) в присутствии начальника штаба Верховного главнокомандующего генерала М.В.Алексеева (1857-1918 гг., первый слева), командующего войсками Северного фронта генерала Н.В.Рузского (1854-1918 гг., второй слева, в очках), начальник штаба Северного фронта генерал Ю.Н.Данилов (1866-1937 гг., крайний справа) предлагают российскому императору текст отречения от престола

В ночь с 2-го на 3-е марта 1917г. в Пскове, в результате неудач на фронте, умелых действий военных разведок Германии и Австро-Венгрии и заговора масонов, император Николай II отрёкся от царского престола в пользу своего малолетнего сына Алексея. Одновременно он передал временно власть своему брату, великому князю Михаилу, который в свою очередь, не согласился принять властные полномочия. В результате к власти пришло временное правительство во главе с организатором и руководителем Земского союза России, крупным помещиком князем Г. Е. Львовым.
Новыми обстоятельствами не преминули воспользоваться литовские националистические деятели, проживавшие в Петрограде.
В марте 1917г. делегация в составе М. Ичаса, Янушкявичюса и Бельскиса посетила князя Г. Е. Львова и передала ему пожелания “литовской демократии”. Российский премьер-министр заявил, что он приветствует их инициативу и внесёт вопрос о будущем литовских территорий на обсуждение ближайшего заседания правительства. Однако, каких-либо существенных изменений в этом направлении не последовало, ибо российские власти не имели реальной возможности влиять на события в Неманском крае, где тогда хозяйничали немцы. В июле 1917г., когда правительство крупных землевладельцев сменило правительство А.Ф. Керенского, отстаивавшее, прежде всего, интересы промышленного капитала и буржуазии, национальные идеи литовцев отошли для него на второй план. Бывшего лидера фракции трудовиков 4-й Государственной Думы весьма беспокоили другие насущные проблемы. В России к власти устремились большевики-интернационалисты с лозунгами борьбы с помещиками, капиталистами и буржуазией, для достижения социальной справедливости, путём передела собственности и диктатуры пролетариата.
Судьбоносная для всего мира Февральская революция в Петрограде имела самые прямые последствия для Германского Рейха и Австро-Венгерской Империи. Однако венценосные правители обоих германоязычных государств не узрели в этих событиях начало и своего конца. Наоборот, они праздновали победу - их имперские аппетиты возжелали новых приобретений на Востоке, для которых теперь, казалось бы, руки были развязаны. Россия лишилась Императора, имевшего суверенные права на всю территорию своего государства, как её владельца, хозяина и верховного правителя. Теперь, оставляя как и прежде за поляками пальму первенства в деле захвата земель на востоке для своих новых хозяев, императоры Германии и Австро-Венгрии дали команду оккупационной военной администрации заигрывать и с другими националами, проживавшими за Неманом, Бугом и Днестром.
Уже в конце марта 1917г. в Берлине весьма вежливо принимали делегацию литовских националистов во главе с А. Сметоной, которая привезла верноподданнический меморандум. Он обосновывал потребность создания самостоятельного литовского государства, как противовеса Польше, и указывал на ту пользу, которую получат немцы от этого. В ответ делегации было рассказано о будущих огромных успехах Германского Рейха и возможности некоторой автономии для литовцев.
30 мая 1917г. администрация Обер Оста издала распоряжение о созыве на подвластной ей территории Ковенской и Виленской губерний т.н. Земского Совета. Он мыслился как совершенно бесправный орган, деятельность которого должна была ограничиться тем, чтобы содействовать германским оккупационным властям в администрировании местным населением. Затем, в июле 1917г. на оккупированную территорию Ковенской губернии прибыл представитель кайзеровских властей, бывший министр по делам колоний В. Линдеквист. Его целью было выяснить возможности по колонизации края, путём переселения сюда немалой части семей немецких крестьян. Кроме этого, сюда, на строительство капитальных железнодорожных мостов, дорог и других построек стратегического и гражданского назначения, уже было направлено немало высоко квалифицированных немецких специалистов и рабочих. Высшее немецкое военное командование однозначно выступало за присоединение этих оккупированных территорий Российской Империи к Германскому Рейху. Немецкие колонизаторы, а также местные литовцы, естественно, должны были выразить на это согласие и пригласить одного из представителей немецкой правящей династии к себе в страну для правления. Сами немцы считали литовцев не способными создать своё государство и тем более управлять им. Как писал в августе 1915г. в своём дневнике начальник штаба Восточного фронта генерал М. Хойман они “так же могут управлять собой”, как его дочь Эльза “может себя воспитывать”.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Роман Дмовский (1864-1939 гг.), политический деятель, лидер польских националистов, антисемит, создатель и руководитель Национал-демократической партии Польши, политический оппонент Ю.Пилсудского

Одновременно продолжались политические игры вокруг т.н. Польского Королевства, которое должно было стать небольшим буферным государством, находящимся под полным контролем Кайзера, ибо и здесь на престол планировался один из германских венценосных отпрысков. Это нисколько не помешало оккупационным властям вести работу с различными польскими партиями на занятых территориях Российской Империи. В сущности, немцы не препятствовали деятельности лидера польской национал-демократической партии Р. Дмовского, который стремился к восстановлению прежней государственности Речи Посполитой в границах до Первого раздела (1772г.). Кроме выработанного проекта Великой Польши, с границами от Балтийского до Чёрного морей, в состав которой вошли бы земли литовцев, белорусов и украинцев, этот теоретик польских националистов видел в лапах коронованного белого польского орла также Галицию с Богемией, и даже Хорватию с Югославией. Данный проект поддержал такой видный литвин со Жмуди, как граф К. Платер, а также - граф М. Замойский, владелец немалых земель на Волыни. На политическом митинге в Варшаве, длившемся с 19 до 22 мая 1917г., все польские партии определили общую платформу построения польско-литовских отношений. Резолюция этого митинга гласила: “Все возродившиеся польские партии и политические группировки в лице подписавшихся ниже своих представителей требуют независимость бывшему Великому Княжеству Литовскому. Польша неуклонно стоит за Унию [тесный союз - ИВВ] независимых Литвы и Польши, будучи убеждена, что все проживающие в Литве нации, такие как литовцы, поляки, белорусы, украинцы, в следствии такого желания и согласия двух государств, найдут для себя гарантии национального культурного и экономического развития”. Резолюцию подписали: президент Лиги Возрождения Польши доктор Р. Радзвилович, Центральный Национальный комитет - В. Славек (ближайший соратник Ю. Пилсудского); Национальная партия – Л. Козловский, К. Гнярдовский и др.; Национальный Союз рабочих - В. Малангевич; Партия Национальной независимости - В. Ерошевский; Объединение Демократических партий - Ст. Патек и др.; Партия польской нации - Ночницкий и др; Польская социалистическая партия - Я. Садлак и др. (Польская социалистическая партия, соглашаясь на платформу с другими партиями, посчитала необходимым добавить, что отношения Литвы и Польши должны будут определить комитеты Варшавы и Вильно, которые будут избраны всеобщим, равным и тайным голосованием); Партия реалистов - ксёндз З. Хелмицкий и др.; Партия национальной демократии - М. Киновский и др.; Партия прогрессивных поляков - Г. Барыльский и др.; Национальное единство - В. Станишкис; Союз экономической независимости - Ф. Швида; беспартийные - И. Любомирский и Л. Хшановский.
Под руководством Р. Дмовского 28 мая 1917г. в Варшаве открылся “Klub Narodowy” (“Национальный клуб”), который сразу заявил, что охватывает своей деятельностью территорию исторической Литвы. Его члены выразили “твёрдое убеждение, что в восстановленные границы Польши будет входить и Литва”. С помощью этой организации осуществлялось стремление восстановить польское государство с большим количеством земель, составлявших некогда Речь Посполитую, опираясь на автономию различных наций.
К июлю 1917г. в Польше обозначились две концепции относительно будущего литовских земель. Концепция инкорпорации, которую излагал лагерь националистов во главе с эндеками Р. Дмовского и концепция федерации, которую излагали сторонники Ю. Пилсудского.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Юзеф Клеменс Пилсудский (1867-1935)

Программа расчленения под национальные государства государственную территорию Российской Империи и их федерация, по эгидой Польши, была одной из основных целей деятельности части деятелей Польской Социалистической партии (PPS) ещё до войны. Представленная во времена формирования польского рабочего движения на переломе 80-90-х годов С. Мендельсоном, эта программа была связана с тогдашним рабочим движением в коренной России, которое делало первые шаги, и было лишено влияния среди «рабочих масс». Отсюда убеждённость в специфической роли только рабочих из Польского Королевства (составной части Российской Империи), которые «созрели до революции». Здешние социалисты были убеждены о том, что польское рабочее движение, а именно PPS, может сыграть специальную роль в организации восстаний в различных частях российского государства. Однако, вместе с убеждением о том, что под влиянием Польши может наступить революционный подъём в других частях многоэтнического государства, меньше всего они верили в возможность революции в самой России, среди русского населения. Это исходило из общих теоретических взглядов руководства PPS относительно соотношения национального вопроса и - классовой борьбы. Насколько понималось революционная роль национально освободительного движения, настолько недооценивалась в этом роль классовой борьбы.
Бурное развитие российского рабочего движения на переломе XIX и XX веков, и особенно в период Первой российской революции 1905г., а также связанная с этим смена отношения к революционным силам на восток от Польши, стали теми факторами, которые привёли к поляризации отношении между левыми - интернационалистами и правыми - националистами в PPS.
Политика группировки собравшейся около Ю. Пилсудского, стремилась к границе Польши, максимально выдвинутой на восток, которая должна была бы объять как минимум земли до разделов Речи Посполитой. Значительная часть польских общественных деятелей, имущественной элиты - крупных землевладельцев выступала за восстановление Польши в её исторических границах XVI - XVIIIвв. Это понималось лишь только как «исправление несправедливости и насилия по отношению к Польше во второй половине XVIII века».
Естественно, возникал вопрос о воле населении проживающего на «восточных землях» Польши. Эта воля не была однозначной с точки зрения дальнейшего развития здесь национальных движений. Согласятся ли местные националы нового времени на восстановление прежней Речи Посполитой. Именно с этой целью польская интеллигенция усиленно вела работу по активизации пропольских настроений среди здешнего населения, и прежде всего среди крестьян. Однако процесс формирования национала всегда был не простой и шел медленно. Этому мешали всё ещё бытующее с феодальных времён сознание, опирающееся на живучих прежних отношениях на селе между барином-землевладельцем и простым малоземельным или безземельным крестьянином; слабое хозяйственное развитие и общее низкое состояние просвещения землепашцев.
В городах и местечках Виленской, Ковенской и Сувалкской губерний, опираясь на пример национального самосознания евреев, их поддержку, воля этнических литовцев, белорусов, украинцев и др. общественных деятелей постепенно становилась национальным политическим фактором, которым нельзя было пренебрегать в политических расчётах. С учётом этих настроений рождались концепции построения федерального государства посредствам обеспечения постоянной социальной опоры среди националистов из среды нерусских этносов Российской Империи.
Ещё в 1904г. правое крыло PPS-революционная фракция (к которой принадлежал Ю. Пилсудский), исходя из установок об особенной исключительной роли Польши и поляков в деле борьбы за национальные интересы - “национальный прометеизм”, установила отношения с украинскими и с грузинскими националами революционерами. Витольд Ёдко, действуя от имени Ю. Пилсудского, при помощи Мариана Малиновского, Леона Василевского и В. А. Енджеевского стремился к созданию коалиции всех революционных группировок, представляющих не русских людей. Ю. Пилсудский вёл активную деятельность, способствуя претворению в жизнь программы расчленения Российской Империи на национальные государства. Взгляды его, и сторонников, были кратко и ёмко представлены в мемориале, который он вручил во время русско-японской войны 13 июля 1904г. служащему министерства иностранных дел в Токио. По мнению Ю. Пилсудского: “Отсутствие единства в российском государстве является главной его слабостью, “ахиллесовой пятой”, т.е. тем местом, по которой все враги российского государства должны бить. По его мнению, не все нации в Российской Империи имеют одинаковую ценность.
Ю. Пилсудский, как это делали немецкие националисты, разделял нации на “исторические” и “не исторические”, считая первыми - поляков, финнов, грузин, в “некоторой мере” армян. Ко вторым относил - литовцев, белорусов и латышей. Почти полностью отрицал способность к самостоятельным политическим выступлениям “русинов” - т.е. украинцев.
Поляки в этом меморандуме занимали специфическое место. Если иные националы могли создать самостоятельно только политическую оппозицию правительству и всячески саботировать его деятельность, то «поляки способны привести события к открытой борьбе и повлечь за собой оставшиеся нации на вооружённую борьбу за освобождение от российского поработителя».
Сама же революция в России представлялась как нечто мало возможное. “Потому что кроме быстрого развития революционного движения в России, она не обладает такой силой, чтобы иметь возможность выступить на открытую борьбу с имуществом самых крайних, однако, и самых слабых групп. Не ставит себе сейчас такого задания, рассчитывая на натуральное развитие событий, которые увеличивают недовольство царским правительством, ведущее к распаду самодержавия. Не рассчитывает на собственные силы и активную борьбу с царским правительством”.
Зимой 1917г. накануне февральской революции направляя в Россию Владислава Барановского - председателя политической группировки левых, выступавших за независимость Польши (“Левые за независимость”), работавшей в Швейцарии, Ю. Пилсудский призвал: “Не забывать постоянно искать самые тесные контакты с националами в России и идти в этом направлении как можно дальше, начиная с литвинов и далее, аж за Кавказ. С нациями Российской Империи желаем жить в дружбе и желаем нашей борьбой помочь им скинуть российское ярмо, к чему они, похоже, как и мы стремятся”.
Рассматриваемое федералистское направление изначально в своей основе было направлено против царизма. После свержения царизма и функционирования российского государства в режиме перманентной революции, действия федералистов приобретали совершенно иной характер. Вскрылась иная их сущность. Образование националистических движений в захваченных Россией государствах было направлено против революции и приобрело выраженный антиреволюционный характер. Вместе с тем, в период гражданской войны с большевиками эти устремления были направлены также и против реставрации “белой, неделимой России”. Казалось бы, носили революционный классовый характер - “борьба с эксплуататорами” и т.п. Однако, - только с “эксплуататорами русскими”, но не со своими национальными “эксплуататорами”, алчность которых была направлена прежде всего на земли местных националов и другое имущество, бесхозно оставшееся после войны. Тем самым чётко обнаружилась антирусская сущность действия польских националистов во главе с Ю. Пилсудским, которую ни коим образом не могли прикрыт ни заигрывание с Б. Савинковым, ни с другими русскими масонами, врагами большевиков.
После февральской революции в России 1917г. концепция Ю. Пилсудского была направлена на восстановление имперского положения Польши с использованием романтической легенды о безжалостно растоптанной Российской Империей Речи Посполитой, в её исторических границах на востоке. Теперь он проявлял особый интерес к сотрудничеству с антирусскими группировками в Крыму и на Кавказе, готовыми поддержать поляков. При этом врагами назывались русские и как-то забывались немцы с австрийцами, которые во времена разделов заняли западные - исконно польские земли Речи Посполитой.
Необходимо отметить, что федеративные концепции Ю. Пилсудского были идентичны с некоторыми принципами политики Австро-Венгрии и Германии в отношении России во время Первой Мировой войны. Поддержка Австро-Венгрии, оказанная Польским легионам и Украинским сечевым стрельцам, вызвана была стремлением использовать сложную национальную ситуацию в России с целью ослабления её.
Широкомасштабные действия в этом направлении предприняла Германия накануне и после февральской революции.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Линия территориальных аспираций возрождаемого польского государства по концепции Р.Дмовского

Иную концепцию - инкорпорация, сформулировал Р. Дмовский в своих записках ”Проблемы средней и восточной Европы” (“Problems of Central and Eastern Europe. London. Juli. 1917”), которые через год, накануне поражения Германии были вручены странам Антанты в виде Меморандума о территории польского государства. Получил его и тогдашний президент США, автор основных идей Парижского мирного договора В. Вильсон. Этот же меморандум был изложен в ноте польской делегации “О восточных границах Польши” Парижской мирной конференции, вручённой председателю территориальной комиссии этой конференции 3 марта 1919г. в Версале.
По программе Р. Дмовского, восточные земли Польши, целая историческая Литва и Жмудь, а кроме этого и округ Тильзита, принадлежавший Восточной Пруссии, округ Либавы (Лиепая), Дунабурга (Даугавпилс) и Иллюксне, входящие в латвийские земли, а также белорусские Бобруйск, Борисов, Дрисса, Каменец Подольский, Минск, Полоцк, Слуцк и Староконстантинов, принадлежавшие Российской Империи - были бы включены в состав территории будущей Польши. С тем только условием, что этнографические литовские территории получили бы в Польше определённую автономию. Мотивированная интерпретация этих концепций была следующей: “На северо-восточных землях поляков насчитывается 3,5 миллионов. Сюда входят и поляки, проживавшие на южных окраинах в губерниях. В Волынской - уезды Каменецкий и Пласкизовский, на Подолье. Но ни само количество поляков придаёт значимость этим землям. Здесь большое количество земли и богатств, продуктов сельского хозяйства, значительное количество промышленного производства представлено поляками”. Сильной опорой данной «инкорпоративной» концепции (в сущности - аннексия) являлся город Вильна и Виленский край, где преобладало польское национальное движение во главе с Александром Звежинским. “В 1922г. включение Виленского края в Польшу было проведено лагерем инкорпорантов несмотря на сопротивление горсточки местных “федералистов”. Так отмечалась его заслуга впоследствии.
Начиная с весны 1917г. “Национальный клуб” Р. Дмовского имел представителя в польском комитете в Вильне, который не только поддержал создание этого клуба, но и регулярно, при содействии немцев, направлял в Варшаву всю информацию о деятельности местных польских организаций и их всевозможные публикации. По мнению литовских политиков, немцы гораздо больше содействовали полякам в обеспечении связи между своими организациями, чем литовцам. Заметим, что такое содействие оккупантов было обусловлено лишь полной лояльностью поляков, вооружённые легионы которых с апреля 1917г. были приданы Австро-Венгрией германскому кайзеру в качестве Polnische Wermacht (Польские Вооружённые силы).
Как только в начале июля 1917г., не без влияния австрийцев, обещавших более интересные виды на будущее польское государство, поляки отказались принимать немецкую присягу, сам Ю. Пилсудский и верные ему легионеры моментально были интернированы. “Коменданта” польских легионов Ю. Пилсудского через год с четвертью из Магдебургской тюрьмы освободила ноябрьская антикайзеровская “революция спартаковцев” в Германии.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Президиум Первой литовской конференции в Вильно, слева на право: Феликсас Бугайлишкис, Казимирас Бизауская, Казимирас Шаулис, Юстинас Стаугайтис, Йонас Басанавичюс, Стяпонас Кайрис, Антанас Сметона, Йонас Вилейшис, Повилас Догялис, Юозас Пакнис, Юргис Шаулис, Миколас Биржишка, Юозас Станкявичюс, Пятрас Климас

А пока, 15 сентября 1917г. генерал-губернаторы Германии и Австро-Венгрии, от имени своих императоров, издали текст, позволявший создание польской государственной власти. До момента вступления на польский трон отпрыска Гогенцоллернов, власть должен был исполнять Совет регентов. Сразу вслед за этими высочайшими позволениями оккупантов, 18-22 сентября 1917г. в Вильне, под эгидой местной немецкой оккупационной администрации, состоялась т.н. Первая Литовская конференция. В составе её участников были 66 ксендзов, 5 помещиков, 8 торговцев и фабрикантов, 75 представителей национальной интеллигенции. В качестве представителей “простого народа” привлекли 65 местных кулаков. Были представлены литовцы, белорусы, немцы, евреи и поляки, но для литовцев оставлено было наибольшее количество мест. Все проекты решений этой конференции предварительно рассматривались оккупационными властями, которые вносили в них свои исправления. Немецкое правительство потребовало, чтобы в постановлении, определявшем статус будущего литовского государства, было сказано о его тесном союзе с Германским Рейхом. В соответствии с этим в резолюцию был включён специальный параграф, в котором указывалось, что Литовская конференция признаёт возможным войти будущему литовскому государству, без ущерба его самостоятельному развитию, в соответствующие взаимоотношения с Германией, подлежащие установлению. Обо всём этом было решено заранее, ещё на совещании в помещении Главного штаба военного командования в Бингене 31 июля 1917г.
На заключительном заседании конференции по указу оккупационных властей был создан орган Литовский Краевой Совет (Lietuvos krašto taryba) - Тариба (Совет), состоящий из 20-и человек, который затем был назван Совет Литвы (Lietuvos taryba). В Тарибу вошли крупные помещики, капиталисты, ксендзы. Здесь были такие лидеры литовских национальных социалистов как С. Кайрис, М. Биржишка, а также другие известные местные лица, среди которых и Станислав Нарутович, брат первого послевоенного президента Речи Посполитой Габриэля Нарутовича (в декабре 1922г., спустя неделю после вступления в должность президента, застрелен антисемитом, польским националистом художником Э. Невядомским). Во главе Тарибы был утверждён лидер партии литовских националистов А. Сметона. Весь персональный состав Тарибы был заранее согласован. Это были те же лица, раннее сотрудничавшие с оккупантами. Военное командование Германским Восточным фронтом 23 сентября 1917г. утвердило состав этой Тарибы, квалифицируя Совет как достойный доверия орган, который теперь, официально объявив о разрыве связей с Россией, должен помочь немецким военным властям.
По мнению одного из основателей Коммунистической партии Литвы В. Капсукаса, на этой конференции преобладали ”крайние реакционеры, клерикалы Литвы, готовые к любым сделкам с кайзеровским правительством, лишь бы избавиться от влияния революции в России”.
Первым актом Тарибы было выражение благодарности командующему немецкими войсками на Восточном фронте баварскому принцу Леопольду (католик) за разрешение созвать Первую литовскую конференцию.
И всё же, для литовских клерикалов (занимающихся политикой католических священнослужителей) и близких им политиков, а также национальных социал-демократов, во главе с С. Кайрисом - неудачей закончилась попытка получить в Берлине 22 сентября 1917г. разрешение на создание самостоятельного литовского государства. Такая просьба была отклонена, поскольку немецкие власти не для этого создали этот Литовский Краевой Совет Её создавали при немецкой оккупационной военной администрации, как совещательный орган представителей различных национальных и социальных слоёв местного населения, который мог бы облегчить благовидную скорейшую аннексию территории Обер Оста Германским Рейхом. Ещё за пол года до этого, 23 апреля 1917г. рейхсканцлер и представители Верховного военного командования Германии на совещании в Кройцнахе твердо договорились, что литовские территории и Курляндия должны отойти к Германскому Рейху. О возможностях колонизации территории Ковенской, Виленской и других губерний Российской империи много писали немецкие публицисты и экономисты, стремящиеся обосновать германскую оккупацию. Часть из них правда замечала, что существует масса безземельных литовцев, белорусов и поляков, которых немцы не смогут изгнать. Поэтому можно колонизовать лишь только около 18% всей площади литовских и белорусских губерний.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Польская карта «Обретение независимости 1918 г.». Обозначены границы расширения территории Польской республики: оранжевым цветом обозначена территория «освобождённых земель до половины ноября 1918 года»; светло оранжевым цветом обозначены «земли, захваченные до февраля 1920 г.»; оранжевыми штрихами обозначены «территории проведенных и намеченных плебисцитов»

Национал-демократ З. Людкевич констатировал: «на восток от территории Конгрессовой Польши до восточной границы Речи Посполитой после второго её раздела, расположена пустая, опустошённая войной страна или страна, которая никогда не была заселена, как Пинские болота». Затем утверждает: «это пустая страна должна быть предназначена к нашей колонизации”. По мнению этого автора “Постулатов аграрной программы в объединённой Польше”, для колонизационных целей Польши необходимо 2,5 миллиона га, (т.е. наполовину меньше, чем немцам, которые определяли для этого на востоке земли в 5 миллионов га.). Кроме такого же самого количества, которое может дать Галиция и Королевство и территория Прусского раздела Польши. Автор доказывал одновременно, что на территории исторической Литвы нормальное хозяйственное разделение земли должно составлять 15 га., т.е. весьма мелкое даже по тем временам.
Таким образом стремились наделить землёй как можно большее количество желающих, которых оставалось весьма много даже после “человеческой мясорубки” Первой Мировой войны.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Немецкий принц Вильгельм II фон Урах, 11 июля 1918 г. провозглашённый Литовской Тарибой королём Миндаугасом II Королевства Литвы

Впервые на Литовской конференции местные националы литовцы увидели флаг, который украсил Виленский зал их собрания 18 сентября 1917г. Это было двуцветное полотнище, красная и зелёная полосы которого, равной ширины, были расположены по горизонтали.
Естественно, на оккупированной немцами территории зал общественного собрания не могли украшать флаги Российской Империи, императорский - бело-золото-чёрный или государственный - бело-сине-малиновый, как это было всегда со времён Петра I и Екатерины II до 1915г. Поэтому в процессе подготовки конференции литовские националы столкнулись с вопросом и о национальном литовском флаге, которого у них до этого никогда не было. Летом 1917г. во время происходивших у Й. Басанавичюса совещаний, было решено искать цвета флага в национальных тканных поясах (juosta). Это взялся сделать молодой художник А. Жмуйдзинавичюс. Вскоре он решил, что самым любимым цветами литовского народа являются красный и зелёный, поэтому и литовский национальный флаг должен состоять из этих цветов. Такими двуцветными флагами художник и украсил зал городского театра в Вильне, в котором в сентябре 1917г. прошли заседания Литовской конференции. Большинству прибывших на конференцию делегатов ново созданный двуцветный флаг не понравился - показался слишком мрачным, поэтому было решено создать специальную комиссию, которая определит цвета национального флага. В неё были избраны Й. Басанавичюс, Т. Даугирдас и А. Жмуйдзинавичюс. Ничего нового эта комиссия не решила. Она только усовершенствовала двуцветный флаг, введя в него третий - желтый цвет. После долгих дебатов 19 апреля 1918г. комиссия окончательно решила, что литовский национальный флаг должен состоять из трёх горизонтальных полос одинаковой ширины - желтой, зелёной, красной. (Кстати, эти же цвета составляли флаг восставших на западных земля Российской империи в 1863 г.) Вскоре этот флаг был утверждён литовской Тарибой. Кроме этого, одновременно литовская Тариба приняла и красный флаг с белым Витязем на одной стороне и “столпами Гедимина” - с другой. Этот флаг затем использовался как флаг президента республики. Таким образом, Витязь и «сокол», символика гербов дома Ярославичей (Рюриковичей), - государственные символы Великого Княжества Литовского, были самовольно названы государственными символами создаваемого новыми литовцами своего совершенно нового этно-политического государства.
Напомню, впервые флаг Великого княжества Литовского описал средневековый польский хроникёр-историк Я. Длугош в ХVв. В 1410г. в Грюнвальдской битве участвовало 40 полков литвинов из Великого Княжества Литовского. Все они имели красные флаги. На 30 из них был изображён рыцарь в доспехах, с поднятым мечём, Новгородский сабельник - Витязь, скачущий на коне - белом, чёрном или сером, в яблоках, а на 10 флагах были изображён пикирующий «сокол» дома Ярославичей.
Дискуссии о национальных цветах проводились и позднее. В 1936-1938гг. в процессе подготовки новой Конституции страны, Н. Добужинский написал несколько статей, в которых, опираясь на цвета тогдашнего герба Литовской Республики Витязя, предложил цвета флага белый, красный и желтый, или, наоборот, желтый, красный и белый. Он утверждал, что «такой флаг был бы оригинален, не повторял сочетание цветов с флагами других государств и своим благородным цветосочетанием был бы весьма декоративным». (Эти цвета сегодня вошли в национальный флаг осетин). Однако эта инициатива не была поддержана и в Конституции 1938г. были утверждены прежние цвета флага: жёлтый, зелёный, красный. Новый государственный флаг Литовской Советской Социалистической Республики - красно-бело-зелёный, был введён по предложению того же художника А. Жмуйдзинавичюс 19 июля 1953г.
ПРЕДЫСТОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ О НЕЗАВИСИМОСТИ В 1918 Г.
Текст решения литовской Тарибы о «Независимости Литвы» от 16 февраля 1918 г. и его подписанты

До полного поражения Германского рейха 11 ноября 1918 года перед странами Антанты (без России, её вывели из победителей союзники англичане) и прекращения действия немецких оккупационных властей Обер Оста на территории исторической Литвы и её столицы Вильны оставалось почти девять месяцев


Валерий ИВАНОВ (ссылки см. здесь: http://www.proza.ru/2010/01/03/533 )


.........................................................................................................................................................................................................................................................
(голосов: 1)
ПОХОЖИЕ СТАТЬИ:
9 октября 1920 г. Вильнюс был литовцами сдан полякам! С февраля 1922 г. по сентябрь 1939 г. Виленский край и его столица Вильно были в составе Польши
16 февраля – 95 лет «Декларации независимости Литвы» Зелёным цветом отмечена территория, захваченная Германией и её союзниками в результате
16 февраля – 95 лет «Декларации независимости Литвы» Линия германско-российского фронта на конец 1917 г., перед подписанием Брест-Литовского мирного
К 150-летию Январского восстания 1863 г. Герб Январского восстания 1863 г. олицетворяющий политические цели поляков на восстановление государства
К 150-летию Январского восстания в Российской империи «Объединение на века» в государстве Речь Посполитая Польского королевства и Великого княжества
КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

ХУДОЖНИКИ:

ЧУВСТВА НА ХОЛСТЕ КАРТИН
ЧУВСТВА НА ХОЛСТЕ КАРТИН В Русском культурном центре г. Вильнюса открылась персональная выставка «Живопись без рам» вильнюсской художницы, члена СРЛХ
ЛЮДИ ИСКУССТВА И ДЕМОНЫ
ЛЮДИ ИСКУССТВА И ДЕМОНЫ Представляем философское эссе Валерий Иванова на фоне дискуссии о современном искусстве в связи с уголовным делом против
200-ЛЕТИЕ ХУДОЖНИКА И.К.АЙВАЗОВСКОГО
200-ЛЕТИЕ ХУДОЖНИКА И.К.АЙВАЗОВСКОГО Сегодня, 29 июля исполняется 200 лет со дня рождения замечательного русского художника, армянина по происхождению

Русские в истории и культуре Литвы:

Русские в истории и культуре Литвы
Copyright © 2016 CARAMOR.LT, ОО РАРОГ, | Все права защищены
Фотобанк В.Царалунга-Морара