ПРОЗА И ПУБЛИЦИСТИКА

По приглашению медиаклуба "Формат-А3" в Вильнюс, в конференц-зале гостиницы
Сто лет назад, летом 1918 года, в Советской России произошли события: убийство
В 74-годовщину освобождения Вильнюса от немецко-фашистских оккупантов, 13 июля
Курская битва началась 75 лет назад 5 июля 1943 года. Публикуем статьи доктора
В США 4 июля празднуют День независимости от Англии. Вильнюсский автор

Б Л А Ж Е Н Н Ы Й

16.06.18 | Раздел: РАРОГ » Проза | Просмотров: 177 | Автор: Валерий Виленский |
Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


Автор нескольких книг Алексей Солдатенко, чьё творчество сейчас представляем рассказом «Блаженный», родился и вырос в Вильнюсе. Наш древний и богатый историей старый город, живописно представляющийся взору архитектурными памятниками эпохи барокко, не мог не отразиться в душе пылкого, любознательного мальчика, росшего среди этой романтической красоты. И хотя взрослая жизнь была связана, казалось бы, с сухой юриспруденцией – служил в органах внутренних дел, - Алексей никогда не забывал о нравственной сущности человека, стремясь понять причину тех несправедливостей, которые порой свершают люди в отношении друг друга. Даже находясь по службе на высоких постах, - окончил служебную карьеру в должности заместителя начальника первого управления Главного управления по борьбе с организованной преступностью (ГУБОП) Бюро криминальной полиции Литвы, - он остался верен той внутренней духовной потребности поиска правды жизни, её гармонии, которая никогда не оставлял его чувственное к красоте сознание. А ведь по профессии ему очень часто приходилось видеть перед собой страшные картины человеческого ужаса…
Эта врождённая тяга к состраданию несчастным людям, а именно несчастье людей порождает зло, влекли Алексея с детства к познанию смысла жизни, её философии, нравственных учений и табу, к тому, как устроен мир. Как замечает сам автор нескольких книг, он «долгое время блуждал и разбирался в закоулках множества религий пока, наконец, пришел к истинной Православной вере» и, обретя эту Истину, нашёл душевное успокоение и радость творчества, воспевая человека через Нравственный крест, который позволяет каждому обрести душевное спокойствие и благодать праведного творения бытия.
Алексей Солдатенко автор четырех изданных книг: Расплата, Найденыш, Блаженный (в книге три произведения, – Блаженный, Сопля зеленая и Угонщики) и Агасфер (в книге три произведения, - Агасфер, Сократ и Угонщики), - которые просто раздаёт своим друзьям и знакомым…

Валерий Виленский


“Истинно говорю вам: будут прощены сынам
человеческим все грехи и хуления, какими бы
не хулили; Но кто будет хулить Духа святого,
тому не будет прощения во век, но подлежит
он вечному осуждению”
(Евангелие от Марка гл. 3 ст. 28-29)


ОТ АВТОРА

Дорогие читатели!

Думаю, что произведение “Блаженный” будет полезно для вашего душевного и духовного роста. Читая, вы не будете блуждать в закоулках множества религий, разбираясь во всех тонкостях оккультных и Богу ненавистных наук, а окунетесь в атмосферу истинной христианской веры, добродетели и святого подвижничества. Не думаю, что хоть кто-то из вас, начав читать книгу, остановится и отложит ее. Нет - нет, поверьте мне на слово, этого не произойдет. В этом произведении вы не найдете ничего скучного и утомительного. Все догмы истинной Православной веры и другие, связанные с верой вопросы, косвенно затронутые в произведениях, с Божьей помощью, я попытался изложить в такой интересной и приемлемой форме, что ни один из вас не разочаруется. Скажу больше. Читая, вы будете переживать за главного героя книги, а позже, еще долго вспоминать его...
Хорошего чтения!

С уважением,
Алексей Cолдатенко


РАССКАЗ НАПИСАН ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ
ИЕРОМОНАХА СВЯТО ДУХОВА МОНАСТЫРЯ ВИЛЕНСКОЙ И ЛИТОВСКОЙ ЕПАРХИИ МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ
ТИХОНА (ФОКИНА)


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й

Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


“Пророки составили богодухновенные книги,
отцы применили к жизни указания этих книг,
а их наследники в благоговении заучили
наизусть. Наше же поколение искусно
переписало книги и разложило по полкам
библиотек, не применяя для пользы душевной.”
(Ср.:Древний патерик, изложенный по главам. 3-е изд. М., 1899 (репр.: М.,1991). Гл.7, §173. С.205)


1


Было время, когда у него было все, о чем только можно мечтать. В миру Мефодий достиг многого. Имел много друзей, большой дом на окраине города, новую машину, прибыльную работу и уйму денег. Сколько же найдется людей, имеющих все это в тридцать лет? Конечно, как и следовало ожидать, началась разгульная жизнь, ведь все хотелось успеть... Деньгами сорил направо и налево. Друзья завидовали. Каждый день новая женщина. В кабаках с утра до ночи... Стал много пить спиртного. Сам не заметил как втянулся. Практически каждый вечер его привозили домой вусмерть пьяного. Вырваться из крепких лап лукавого самостоятельно уже не получалось. Зато каждый день находился повод выпить. Алкоголь доставлял ему огромное удовольствие, да и сам он не сопротивлялся лишней рюмке...
Появилась агрессия, злоба. Стал очень нервным. Не давал снисхождения никому и давал отпор любому, кто хотя бы в мелочах не соглашался с его мнением. Участились драки. Ведь где еще, если не в кабаке, можно выяснить отношения и подраться? Так случилось и в тот раз. Опять напился до беспамятства и опять новая дама рядом с ним у столика.
- Ну, что уставился на мою бабу?! – прокричал мужику за соседним столиком, - зубы жмут?!
- Да ну, что вы, - ответил человек в костюме, явно уходя от конфликта, - я просто обратил внимание на прекрасное колье вашей дамы...
- Ах ты, гад! – в бешенстве заорал Мeфодий и схватив за горлышко бутылку водки, разбил ее об угол стены. – Цацки тебе ее нравятся?! Мы можем обсудить это прямо сейчас!
С этими словами он подскочил к человеку, схватив его левой рукой за ворот пиджака и подняв со стула, прежде чем кто - либо успел среагировать на пьяную выходку, ткнул незнакомца в горло осколком разбитой бутылки. Алая кровь брызнула фонтаном и человек, схватившись за горло, медленно опустился у столика на пол. Мeфодий так и стоял возле него, все еще держа в руке осколок разбитой бутылки.
- Убили! Убили! – закричали люди в ресторане.
- Полиция! Вызовите полицию!
- В скорую, в скорую звоните! – забегали люди и персонал ресторана.
Новая знакомая Мeфодия очень быстро собралась и буркнув, что ей надо в туалет, убежала из ресторана.
Полиция и скорая приехали одновременно. Четверо полицейских, лихо уложив Мeфодия на пол и отобрав осколок бутылки, надели наручники. Теперь он так и лежал, прямо на полу в своем дорогом прикиде.
Медперсонал зафиксировал смерть человека, о чем немедленно доложили полицейским. Те, в свою очередь, опросив свидетелей и очевидцев, вызвали машину, которая отвезла тело к судебным медицинским экспертам для вскрытия, установления причин смерти и последующего погребения.
Очухался Мефодий уже в КПЗ на нарах и только тогда осознал, что произошло. Подумал, может все как-то обойдется... Но нет, не обошлось. Он даже не вспоминал убиенного. Пекся только о своей шкуре. Нанял дорогих адвокатов, думал, выкрутят от ответственности. Не выкрутили и большие деньги не помогли... Приговор суда был беспощаден - двадцать лет лишения свободы с отбыванием срока в колонии строгого режима.
Теперь, сидя в одиночной камере, в тюрьме “Лукишкес”, Мeфодий жалел только себя.
“Ну как же так могло произойти? Черт дернул меня пойти в этот злополучный ресторан... А адвокаты - то, адвокаты хороши! Загребли уйму денег и ничего не сделали, срок получил по полной... Друзья тоже свиньи, с момента моего задержания так ни разу и не появились. Ни письма, ни посылки, ни привета, ни ответа...“, - пораскинул мозгами Мефодий.
Так жалел он себя еще целый год. Ходил по своей персональной камере из угла в угол и все жалел. Плакать даже стал. Долго и много плакал. Всю свою жизнь перелопатил. Ну как жил? Как скотина безмозглая... А ведь мама, пока еще жива была, рассказывала, что когда крестили его годовалого в церкви, то батюшка как – то внимательно так посмотрел на него, а потом вдруг сказал, что ребенок посвятит себя служению Богу. Мама так гордилась им...
“Ошибся батюшка, - подумал Мeфодий, - Убийца родился, а не человек, посвятивший себя Богу... Ну как я мог так поступить? Черт меня пьяного дернул... Нет, дальше так нельзя, с ума можно сойти”, - подумал Мефодий и стал стучать в дверь камеры.
- Че те? – открыв окошечко дверей сонно спросил надзиратель.
- С ума схожу, дай что - нибудь почитать что - ли, - попросил Мeфодий.
- Ща... Вот только разбег возьму... – нагло бросил тот.
- Ну, пожалуйста, - взмолился Мeфодий, - совсем крыша едет. Ну хоть газету прошлогоднюю, хоть что. Пожалуйста...
- Ладно, гляну че есть, - коротко буркнул надзиратель и, закрыв окошечко, удалился.
Мeфодий слышал его удаляющиеся шаги и тихое побрякивание камерных отмычек, висящих на поясе на большом металлическом кольце. Через некоторое время надзиратель появился вновь и открыв окошечко камеры, постучал отмычкой по двери.
- Тук – тук - тук! Есть кто в хате?
- Есть, есть! – поддержал шутку Мeфодий и подошел ближе.
- Ну конечно же есть, а куда ты на хрен денешься с подводной - то лодки! Ха – ха - ха!- залился он грубым смехом.
“Дать бы тебе, сука, по зубам, - подумал Мeфодий. – В старые добрые времена я так бы и поступил. Но, конечно, ни здесь и не сейчас. Сейчас я полностью завишу от этого убожества”.
- Значит так, - важно начал надзиратель. – Все газеты в параше на лоскутки порваны. Вот, если хочешь, нашел в тумбочке книгу какую-то в черном переплете. Толстенная такая. Про религию кажется что - то, я не в курсах, я не верующий. Больше все равно ничего нет. Братва иногда “махру“ курит, так вот с этой книги листы для самокруток вырывает. Страницы такие тонкие, как раз для курева подходят. Ха - ха! Ну, парочки десятков страниц не хватает… Читать будешь? – бросил он, сунув в окошечко книгу.
- Буду, конечно, - обрадовался Мeфодий взяв книгу. Протер рукой пыль с обложки и прочитал название, - Библия.
- Ну ты читай, потом расскажешь, ладно? – сказал надзиратель закрывая окошечко.
- Ладно, расскажу, - буркнул Мeфодий, так и не поняв, серьезно тот попросил рассказать о содержании книги или в шутку.
Сев на нары, он открыл книгу и прочитал начало первой страницы вслух:
- В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою...

2


В тюрьме Мeфодий слыл самым тихим и самым кротким. Ему никогда ничего не нужно было. Он никогда ничего не просил. Единственное что его интересовало в тюремной жизни, это его книга, именуемая Библией, в которой не хватало двадцати двух листов, с тридцать девятой до восемьдесят третьей страницы. Когда - то, очень давно, Библию ему принес тюремный надзиратель. Он не выпускал ее из рук и даже когда спал, держал Святыню, прижав к груди. Лишь проснувшись утром, он тут же начинал изучать Священное Писание и больше всего не любил, когда кто - либо беспокоил его, не важно по какому поводу. Ему все время казалось, что он может что - нибудь пропустить или чего -то не успеть. Все, как заключенные так и охранники, стали обращаться к нему с различными духовными вопросами. Он никому никогда не отказывал, хотя люд и утомлял его. В тюрьме ему даже прозвище подходящее подобрали – “Блаженный”.
Охранники несколько раз докладывали начальству, что заключенный 239 камеры постоянно нарушает режим и вместо того, чтобы спать ночью, как все нормальные люди, молится или читает свою Библию, а также плачет навзрыд и причитает.
Войдя в камеру, они пытались выяснить, чего ему не хватает или чем он не доволен, на что тот всегда отвечал, что благодарен тюремному начальству за все необходимое для его жизни и просил не беспокоиться за него, грешного. Несколько раз охранники, жалея его, пытались угостить чем - либо вкусным, конфетой или кусочком пирожного. Мефодий никогда не принимал подарков и отвечал лишь, что не хлебом единым сыт человек, но и всякою духовною пищею и просил не искушать его.


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


3


По закону, отбыв половину срока наказания, все отбывающие свой судом назначенный срок в местах лишения свободы, имеют право писать прошение о помиловании. Мeфодий тоже имел такое право, однако, им не воспользовался. Именно по этому поводу его однажды и вызвал к себе начальник тюрьмы. Мeфодия привели к нему в кабинет с Библией под мышкой. Согласно тюремным правилам, выходя из камеры, заключенным не разрешалось ничего брать. Только для Мeфодия в этой тюрьме было сделано исключение. Именно поэтому начальник тюрьмы, подполковник Евдокимов, совершенно не удивился, увидев Мeфодия с Библией в руках. Он, внимательно осмотрев арестанта, откашлялся в кулак и произнес:
- Конвой, можете выйти и подождать за дверью. Я позову, когда нужно будет.
После того, как сержант вышел и закрыл за собой двери, Евдокимов сел за свой письменный стол и, обращаясь к Мeфодию, буркнул:
- Садись, Мeфодий, на табурет.
Он сел, положив Библию на колени.
- Как дела, Мeфодий? – издалека начал разговор Евдокимов.
- Бог миловал, начальник, все хорошо.
- Может претензии какие к начальству у тебя есть или просьбы? – нервным тоном спросил подполковник.
- Нет, не имею ни просьб, ни претензий, - коротко ответил Мeфодий.
- Ну так скажи мне тогда, человек со странным именем Мeфодий, - очень грозным тоном произнес Евдокимов, - почему ты, гад такой, хочешь нас всех здесь под монастырь подвести?!
- Я не понимаю, начальник, в чем моя вина, - кратко ответил Мeфодий, - если я что не так делаю, то прошу вас немедленно наказать меня и объяснить непутевому, в чем состоит суть моего нарушения. Я немедленно исправлюсь...
- А суть твоего нарушения состоит вот в чем, - встав с кресла начал подполковник, - ты уже отбыл десять лет твоего наказания, половину срока значится. Так?
- Так, - согласился Мeфодий.
- Ну так какого же хрена ты, святоша, не пишешь прошение о помиловании?! – заорал Евдокимов и стукнул ладонью по столу так, что даже стеклянная крышка графина, подпрыгнув, зазвенела.
- Извините меня, начальник, - пробурчал Мeфодий опустив глаза, - но это же мое дело и мой срок...
- А вот тут ты ошибаешься, Блаженный, ой как ошибаешься! – заорал Евдокимов. – Ты, наверное, не знаешь, что если не напишешь такого прошения, то нас достанут проверками из Прокуратуры и Министерства Юстиции! И я понимаю их! Ох, как я их понимаю! Ну виданное ли дело, чтоб человек, отбывший десять лет из двадцати не хотел на свободу! И я, если бы был на их месте, то тоже заподозрил бы что-то неладное! Тебе не хочется на свободу, Блаженный? – схватив за плечо Мeфодия, понизил голос до шепота подполковник.
- Я убийца и должен отбыть свой срок наказания полностью. Это мое наказание... – прошептал Мeфодий.
- Слушай сюда, Мeфодий, - продолжил подполковник спокойным голосом, - мы сами за тебя напишем прошение, тебе нужно будет только подписаться. Кроме того, мы дадим тебе хорошую характеристику, ведь все в тюрьме знают, что ты беззлобный человек, а некоторые считают, что ты вообще - того! – Евдокимов покрутил пальцем у виска. – Потому, я думаю, что наказание достигло своей цели. Ты исправился и соответственно перестал быть общественно опасным элементом.
- Я не перестал быть убийцей, начальник. – Кротко ответил Мeфодий, - разрешите я пойду в свою келью.
- В свою келью? В келью, Мeфодий? Или может быть в камеру? Или ты забыл, Мeфодий, о прошлой жизни? Ты забыл про все те удовольствия, которые тебя ждут там, за воротами тюрьмы?
- Спасение в миру невозможно. Там нас мирян, ждут одни лишь искушения, а в моей келье, или камере, как вам будет угодно, так хорошо и тихо... Время как будто остановилось. Можно не спеша помолиться и покаяться. Нет, я не хочу в мир, начальник, там никто меня не ждет. Разрешите мне остаться. Пожалуйста, - протянул Мeфодий и слезы покатились у него из глаз словно градины, капая прямо на Библию, лежащую у него на коленях. – Не прогоняйте меня, пожалуйста...
- Конвой! – позвал Евдокимов.
Дверь распахнулась и в кабинет тут же вошел охранник.
- Слушаю! – отрапортовал вошедший и замер.
- Убийце и хулигану, гражданину Мeфодию по кличке “Блаженный”, от меня лично десять суток карцера. – Дал команду подполковник.
- Слушаюсь! – вытянулся по стойке смирно охранник.
- И без Библии, - уточнил Евдокимов.
Мeфодий рухнул на колени прямо перед ногами Евдокимова. Слезы потекли ручьем и он навзрыд начал умолять начальника:
- Не наказывай меня так строго, благодетель мой! – запричитал Мeфодий.
- Я же сказал, десять суток и не меньше! – процедил сквозь зубы Евдокимов.
- Разреши мне, пожалуйста, начальник, двадцать суток отбыть в карцере, только Библию разреши с собой взять! Пожалуйста, милостив буди мне грешному! Пожалуйста! – заплакал Мeфодий.
Конвойный поднял с пола Мeфодия и стал выталкивать его из кабинета начальника, а тот, в свою очередь, все плакал и умолял подполковника разрешить ему взять с собой в карцер Библию.
Евдокимов отвернулся к окну и сложив руки за спину, всем своим видом дал понять, что разговор окончен.

4


Через трое суток начальник тюрьмы вызвал конвойного и стал расспрашивать про сидящего в карцере Мeфодия. Конвойный отрапортовал:
- Плачет и молится за вас!
- Как это молится за меня? – уточнил Евдокимов. – Какими словами? Что говорит?
- Да мы уже наизусть все его слова знаем, товарищ подполковник, ведь за дверями стоим. А молится он так: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, умягчи, пожалуйста, сердце начальника тюрьмы, пусть он разрешит мне, грешному, Библию дать!”. Он повторяет это постоянно. Есть и пить отказывается. Говорит, что не хлебом единым сыт человек. Желает всем нам здравия, просьб и жалоб не имеет. Впрочем, как и всегда...
Евдокимов разговаривал с конвойным глядя в окно, на тюремный двор. Наконец, совсем тихо, не оборачиваясь, он произнес:
- Напомните мне вашу фамилию, конвойный.
- Кириченко я. Сергей Кириченко, товарищ подполковник.
- Вы, Кириченко, всегда точно исполняете приказы?
- Так точно, всегда. Это моя работа.
- Молодец вы, Кириченко, молодец... – прошептал Евдокимов. - Вы хорошо помните устав, где говорится о том, что нужно точно и в срок выполнять приказы командиров. Это хорошо, очень хорошо... Вы в Бога верите, Кириченко?
- Никак нет, товарищ подполковник.
- И я не верю, Кириченко. Но вот в чем проблема. Если Бога нет, то все мы, когда - нибудь сдохнем, тела наши сгниют и мы канем в небытие. Так или нет?
- Так точно, товарищ подполковник! – отрапортовал конвойный.
- А представляешь, Кириченко, что будет, если Он все - таки есть?
- Никак нет, товарищ подполковник, не представляю! – растерянно сказал конвойный, совершенно не понимая, куда клонит начальник.
- Так вот, Кириченко, если Бог все - таки есть, то я тебе не скажу о чем он спросит меня, когда я предстану перед ним после моей земной жизни. Но я совершенно точно знаю, о чем он спросит тебя, сержант...
Евдокимов выдержал довольно длительную паузу и Кириченко не осмелился даже пошевельнуться, не то чтобы спросить или сказать что - либо. Стало слышно даже тиканье напольных часов, стоящих в коридоре.
- Он тебя спросит вот о чем, Кириченко... – еле сдерживая эмоции, прошептал подполковник, - не слишком ли точно ты выполнял приказы своего начальства? Ведь бывают, наверное, такие случаи, когда слишком точное выполнение приказа тоже может быть неугодным Богу.
- К чему вы это, товарищ подполковник? – спросил конвойный.
- А к тому, Кириченко, - громко сказал Евдокимов, подойдя вплотную к сержанту и заглянув ему в глаза, - что я не могу проявлять слабость и отменять свой ранее данный приказ! Я на счет Библии... Я начальник тюрьмы или кто?! И я не намерен нюни распускать на счет каждого заключенного! Кто за заключенными присматривает? Вы. Вот вы и разбирайтесь с ними! Это ваша обязанность, Кириченко! А я не буду лазить по всяким там тюремным карцерам и прочим злачным местам нашего заведения и разбираться со всякими уголовниками, есть у них в карцере Библия или нет, или другие какие вещи! Вы и разбирайтесь! Все, свободен! – Евдокимов махнул рукой в сторону двери, давая понять, что разговор окончен.
- Слушаюсь! – отрапортовал сержант и развернувшись на месте, щелкнув каблуками, удалился.
Остальные семь дней в карцере Мeфодий провел читая Священное писание.

5


Прошло долгих двадцать лет. Теперь это уже не был тот тридцатилетний Мeфодий, пьяница и дебошир. Отбыв свой срок наказания, пятидесятилетний Мeфодий Библию знал наизусть. Что и говорить о смирении и покаянии. Они стали спутниками его жизни. Из тюрьмы он вышел с Библией в руках. Лишь только освободившись, пришел домой и огляделся.
“Господи милостивый!, - подумал он, - сколько же здесь всяких вещей служащих ко греху! Вот телевизор, чтоб смотреть телепередачи о людских пороках, вот мягкая постель для спокойного, безмятежного сна и разврата, дорогая посуда, чтоб угодить своей гордыне, в гараже машина для ночных прогулок с девушками и еще много - много всего...”.
На столе в холле лежала банковская карточка и он точно знал семизначную сумму, которая лежала на счету. Осмотревшись он понял лишь одно. Здесь было все, кроме Бога. Он ни на минуту не хотел оставаться в этом доме, а потому, первое что он сделал, выбежав на улицу, попросил у прохожего телефон, чтоб позвонить в справочную и узнать номер телефона фирмы, занимающейся продажей недвижимости. Один из прохожих любезно предоставил ему свой телефон.
Позвонив в справочную и узнав телефон брокера, он тут же пригласил его приехать и поговорить о продаже дома.
Поблагодарив человека, любезно предоставившего ему свой сотовый телефон, Мeфодий вернулся в дом.
Позже, все имеющиеся наличные средства, а также средства, полученные от продажи дома, он перевел, по долям, всем имеющимся в городе православным храмам и детским домам. Себе он оставил лишь шестьсот долларов, на которые купил девятнадцатого века икону Божьей Матери.


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


6


Прошло еще двадцать лет. Все это время Мeфодий жил в лесу. Сам, как сумел, смастерил нехитрый скит, где все это время жил и молился. Зимой топил буржуйку. Еe он нашел на городской свалке и волок до своего нового жилища аж десять километров. Выходил редко и лишь для того, чтоб найти какую - никакую пищу. Летом питался грибами и ягодами, а зимой попрошайничал и жил с того, кто что подаст. Никогда никому не жаловался и не роптал ни на людей ни на Бога.
Однажды холодной зимней ночью, когда уж было совсем невмоготу, простуженный Мефодий, лежа на земляном полу своего скита, накрывшись стареньким пальтишком, найденным на свалке, от холода никак не мог заснуть. Держа в руках горбушку черствого хлеба, накрывшись пальто с головой, он согревал руки дыханием, плакал навзрыд и молился:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий! Благодарю Тебя, Пресвятый Боже, что Ты не оставляешь меня грешного, но еще помнишь окаянного и недостойного раба Твоего! Господь всемилостивейший! Ты, Господи, создал небо и землю и все что на ней! Ты Бог наш, создавший солнце и луну и повесивший ни на чем мириады звезд небесных! Ты называешь каждую из них по имени! Дивлюсь я, Господи, глядя на дела Перстов Твоих! Так кто же я такой, Пресвятой Боже, что ты знаешь и помнишь меня, окаянного и посылаешь мне милость Свою? Пресвятой Боже! Всемилостивый Господи! О, сколько же сейчас есть людей живущих в нищете и не имеющих возможности согреться от холода! А я, Господи, по велицей милости твоей имею пальто, которым могу согреться накрыв тело мое! О, Великий Боже, ведь великое множество на земле есть людей, не имеющих пропитания, а я, как некий вельможа, имею хлеб насущный, который ты дал мне и могу насытить чрево свое! Благодарю тебя, Пресвятой Боже! Всемилостивый Господи, о сколько же сейчас есть в мире людей, коих руки и ноги скованы цепями и колодами и они не могут, даже пошевелить конечностями своими! Не так как я, Боже, который лежу в келье своей как царь и по велицей милости твоей, могу позволить себе вытянуть ноги мои и согнуть руки мои! О, как велики и чудны дела твои, Господи!
Стареньким пальто Мефодий накрывался с головой, но тогда из - под него вылезали ноги. Замерзнув он накрывал их, но тогда мерзла голова и шея. Ему казалось, что эта бесконечная ночь не закончится никогда и он снова и снова молился...

7


По пыльной проселочной дороге, в сторону города, шел босой, седоволосый, с седой бородой, семидесятилетний старик, одетый в лохмотья. Под белой льняной рубахой, у груди, он явно что-то прятал. Свой драгоценный груз, при ходьбе, он все время поддерживал то одной то другой рукой.
Старик не обращал ни на что внимания и все время, полушепотом, повторял лишь:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного! Пресвятая Богородице, помози ми, не остави мене, умоли Сына Твоего о мне грешном...
Один Бог ведает, сколько раз в день он повторял это. Лишь толькоутром открыв глаза, он тут же начинал повторять заученную молитву и твердил ее весь день до самой ночи, пока вновь не засыпал. Однако даже случайно проснувшись ночью, он опять начинал твердить заученные наизусть слова…
Старик не имел при себе ничего кроме одежды, которая была на нем, котомки, перекинутой через плечо и иконы Божьей Матери. Ее он прятал на груди под рубахой. В котомке лежало лишь два предмета – огарочек церковной свечи и Библия, а в кармане - горбушка черного хлеба, которую он нашел в мусорном ящике у автобусной остановки. Еще была щепотка соли, завернутая в газетную бумагу. Соль он выпросил у поварихи в городской столовой. Для него это означало, что на сегодня он обеспечен едой, а потому решил весь день посвятить Богу. Именно по этой причине путь его лежал в Вильнюсский Свято Духов монастырь, где он решил помолиться на ступеньках храма.
Ни в монастырь, ни в какой-либо другой храм он никогда не заходил. Не потому, что был неверующим, вовсе нет... Скорее потому, что был слишком уж верующим и считал себя ужаснейшим грешником и злодеем, какого на земле еще никогда не было. Он совершенно искренне думал, что если зайдет в храм, то Господь немедленно поразит его и он умрет, так и не успев покаяться должным образом.


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


8


Сидя у входа в монастырь, старик просил каждого входящего помолиться за него, грешного. Мимо проходящую, лет тридцати пяти женщину, держащую на руках пяти летнюю девочку в платочке, он слезно стал умолять помолиться за него, окаянного:
- Прошу тебя, добрая душа, помолись, пожалуйста за меня, грешного и окаянного! – запричитал Мeфодий, упав к ней под ноги. Ступени монастыря окропили его слезы.
- Да что ты такое говоришь, дедушка, - попятившись, заплакала женщина, прикрывая нос белым платочком, - да я сама, грешница какая! Ну, как я могу за тебя молиться? Разве Господь услышит молитву такой как я? Что ты говоришь такое...
Старик перестал плакать, медленно поднялся с колен и сел на каменную ступеньку храма. Женщина, опустив ребенка, плача в платочек, все еще стояла возле него, держа девочку за руку.
- Вот, Наташа! Вот именно так всегда и бывает, – сказал старец, вдруг совершенно успокоившись. – Все от безверия, девочка моя, все от безверия...
- Откуда вы знаете мое имя, дедушка? – опешила женщина, подойдя ближе.
- Бог за грехи наказал меня долгой жизнью и не желает забирать к себе. Поэтому, живя столь долго, я теперь много чего знаю... – ушел от ответа старец. – Молясь, дочка, ты молишься рассеянно и не имеешь сильной веры в то, что Господь исполнит твое прошение. Поэтому я могу только согласиться с тобой, что Всевышний не услышит твоей молитвы обо мне... – буркнул старец, покачав головой. – Правильнее было бы сказать услышит, но не примет... Вот так вот и за доченьку свою ты молишься и не веришь, что все возможно и все под силу Ему.
- Кто ты, дедушка? – насторожилась женщина.
- Грешник... – коротко ответил старик и подумав добавил, - каких еще не было на земле...
- Откуда ты знаешь, дедушка, что я молюсь за нее?
- Ну, это уж совсем просто... Ты посмотри только на свою красавицу! Ну как же можно не молиться за нее! – проговорил старец. – Только молишься без веры. Потому что уже устала, потому что все перепробовала и никакие врачи не помогают и денег больше нет на лечение. И опять же, все от безверия... А нужно-то только с верой молиться, искренне просить и все дастся...
- Откуда вы все знаете, дедушка?! – еще сильнее зарыдала женщина. Ведь ничего не помогает, врачи сказали, что у нее рак. Все волосики выпали после химиотерапии... Бедная, бедная моя доченька!
Девочка прижалась к маме и обняв за ногу, с опаской смотрела на странного деда.
- Да врут все эти врачи, - устало махнул рукой старец, - такое время, что никому верить нельзя! Даже врачам... Господу верить нужно, Господу... Подойди ко мне, ласточка моя! – ласково поманил старец девочку. – Сядь впереди меня на ступеньку. Сядь, не бойся...
Девочка посмотрела на маму, взглядом прося разрешения и мать подтолкнула ее ближе к старцу.
- Я здесь, на верхней ступеньке посижу, так как я старше тебя, - шутливо сказал старик, - а ты вот тут, ниже сядь и на маму смотри, ладно?
- Ладно, - ответила девочка и села на ступеньку, положив ручки на колени.
- Лизонька, здоровой быть хочешь? – шепнул старец на ухо девочке, держа ее сзади за плечики.
- Хочу дедушка... – по - детски искренне ответила девочка.
- Что ж, - проговорил старец, - посиди минутку спокойно, ладно?
- Ладно, - ответила Лиза и замерла.
- Веришь, что Господь поможет тебе выздороветь? – опять спросил девочку.
- Верю, дедушка, - совсем тихо ответила девочка.
- Значит будет тебе по вере твоей, - сказал старец и лишь на секунду закрыв глаза и запрокинув голову сказал:
- Какие красивые у тебя волосы, доченька! Ах, какие красивые Он дал тебе волосы...
- Я лысая, дедушка! – сказала девочка, - У меня нет волосиков!
- Нет - нет, ласточка моя, у тебя наипрекраснейшие каштановые волосы. Все девочки захотят иметь такие же...
После этих слов Мeфодий окропил ее крестным знамением и возложив руки на голову, глядя на небо, громко произнес:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, ради имени Твоего Святого, излечи эту девочку от недуга ее гнетущего! Пусть живет она, Пресвятой Боже, во славу Твою!
Среди ясного неба сверкнула молния и грянул такой гром, что зазвенели окна в зданиях. После этого старик отпустил, наконец, девочку и перекинув через плечо котомку, быстрым шагом направился через монастырский двор к выходу. Проходя мимо Натальи, сказал лишь:
- Очень долго жить будет! – и пригрозив ей пальцем добавил - смотри, расти в истинной православной вере, люби, а иногда и про розги не забудь... Розгами детей надо воспитывать, розгами, чтоб людьми вырастали настоящими...

9


- Мамочка, мамочка! – закричала девочка, подбежав к матери, - посмотри, что у меня под платочком!
- Господь всемилостивый! – только и смогла вымолвить Наталья сняв с дочки платок, из - под которого буквально выскользнули длиннющие каштановые волосы, доходящие девочке до самого пояса. – Чудо! – закричала во все горло она. – Чудо! Чудо! Посмотрите люди! Она была совсем лысая, а старец лишь положив руки ей на голову и прочитав молитву, совершил чудо! Посмотрите! Посмотрите!
На ее крик сбежались прихожане, монахи и она, задыхаясь от эмоций, еще и еще раз рассказывала все ту же историю.
- А я то, я то и поблагодарить старца не успела! Он так быстро ушел... – зарыдала Наталья. – Ну где его искать теперь?
- Опять, видимо, Блаженный заходил, - сказал настоятель монастыря рядом стоящему монаху.
- Да! И вновь чудо совершил, как и в прошлый раз... – согласился с ним тот.
- И нам снова не удалось поговорить с ним. Он всегда появляется ниоткуда и так же быстро удаляется.
- Видимо, благодать Святого Духа имеет старец, а вместе с ним и дар врачевания обилен в нем явился, - поддержал их разговор один подошедший монах и обращаясь к матери девочки молвил, - вы к врачу лечащему сходите. Могу поспорить, что никакой болезни у вашей девочки больше нет. Если Блаженный сказал, значит так и будет. Он никогда не ошибается...

10


Мeфодий спешил. Он хотел еще засветло дойти до своего скита, чтоб не бродить ночью по лесу... Ну вот и знакомый лес, знакомая тропа... Еще тридцать – сорок минут ходу и он будет в своем жилище. Уже на подходе к скиту он почуял запах дыма и что-то кольнуло в груди.
“Не ходи туда!” – услышал голос Мeфодий и обернулся. Вокруг лес и нет никого.
“Не ходи туда!” – вновь услышал он все тот же голос и, осмотревшись, никого не обнаружил.
- Я не знаю кто предупреждает меня, - громко произнес старец, озираясь вокруг, - но если меня там ждет опасность, то знай, что она мне не страшна! Ведь со мною Бог! А если со мною Бог, то кто же тогда может быть против меня?!
Голос больше не беспокоил его и Мeфодий зашагал быстрее.
Скит горел. И горел так, что тушить было явно бесполезно. Старик опустившись на колени, глядя на горящее его пристанище, окропляя себя крестным знамением и кланяясь до земли, стал горячо молиться и благодарить Бога:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий! Благодарю тебя, Господи, что Ты не забываешь меня, грешного, еще помнишь и не оставляешь окаянного убийцу! Благодарю Тебя, Господи, что в пожаре не сгорели мои вещи, Господи! Как же мудр Ты, Господи, что надоумил меня, окаянного, взять святыни с собой! Во истину неисповедимы пути Твои, Господи! Я так благодарен Тебе, Боже мой...
- Эй, бродяга! – услышал Мeфодий грубый голос и обернулся.
За спиной, возле него, стояли пятеро молодых, лет двадцати, парней, явно находящиеся в сильном алкогольном опьянении.
- Ну, что ты тут, без разрешения хоромы - то выстроил?! – издеваясь спросил один.
- Виноват, грешный, истинно без разрешения построил. Правду говорите, добрые люди... – согласился Мeфодий.
Пацаны подошли совсем близко и окружили его со всех сторон. Мефодий даже и не думал вставать с колен. На это у него было несколько причин. Во - первых, ему все равно было не справиться с пятерыми молодцами, а во - вторых, за свою жизнь он достиг такого смирения, что стал полностью полагаться на волю Божью. Именно потому в его голове мелькнула лишь одна мысль: “Если Господь попустил, чтоб произошло так, то кто же я такой, чтоб противиться его воле?”.
- Ах ты гад! – заорал один из парней и нанес ему удар ногой в лицо.
Старик упал на землю и удары посыпались по всему телу, которое он не защищал, помня слова Господа из Библии о том, что не надо бояться убивающих тело, а бояться следует того, кто может и тело и душу погубить. Своими дряхлыми руками он защищал лишь икону Богородицы, находящуюся под рубахой у груди. Он так переживал за нее...
- Ах, как жаль, Господи, ах как жаль... – захлебываясь кровью, процедил сквозь выбитые зубы Мeфодий. По лицу его потекли слезы.
- Чего тебе жаль, старик? – спросил пацан с большим камнем в руке.
- Жаль, что я так и не узнал, что написано в Библии c тридцать девятой по восемьдесят третью страницу. – Прохрипел он. – Наверняка там было написано что-то очень важное... Они скурили их... Они скурили свое спасение...
- Ты бредишь, старый, наглый, вонючий старик! – так ничего и не поняв прокричал парень, держащий в руке камень. Замахнувшись, со всей силы, он ударил им старика по голове.
- Всемилостивый Господи, - еще успел прошептать старец, - не вмeни сие им во грех, ибо не ведают, что творят... - прохрипел он и ослабшие руки, соскользнув с груди, съехали на землю. Из под рубахи выскользнула икона Божьей Матери и легла рядом с телом Мeфодия.
- Мы замочили его! Бежим! Бежим скорее! – прокричал один из нападавших. – Бежим!
- Смотри, смотри! – прокричал другой, - там у него из под рубахи икона выскользнула!
- Да хрен с ней, с этой иконой, бежим скорее!
Увидев, что сделали, все бросились врассыпную и лишь один из них, нанесший сокрушительный, смертельный удар старцу в голову, остался на месте. Медленно подойдя к телу, он поднял икону и стал рассматривать.
- Хммм. Тетка какая - то нарисована и ребенок еще с ней. Старая, наверное, икона, ценная. Денег наверняка хороших стоит. Возьму с собой, да продам потом. Денег по легкому срублю. Вот повезло-то... – буркнул пацан и спрятав икону за пазуху уже хотел было бежать, но внимание его привлекла котомка, лежащая возле старца. Подбежав к телу, он даже не осмотрев содержимого, схватил ее и понесся прочь.


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


Место происшествия осматривал дежурный оперативный уполномоченный уголовного розыска, следователь, прокурор и несколько понятых.
Тело Мeфодия уложили в специальный мешок и теперь оно лежало недалеко от сгоревшего скита.
- Говорят, Сережа, ты знал его? – спросил следователь оперативного уполномоченного.
- Да. Я иногда приезжал к нему поговорить... – еле сдерживая эмоции ответил тот. – Безобидный был старец. Говорят, Блаженный...
- Документы были у него какие? – спросил следователь.
- Вряд ли, - покачал головой Сергей - справка об освобождении правда была, двадцатилетней давности...
Минуту помолчав он добавил:
- Однажды, мы задерживали проституток и сутенера. Так вот одна из них мне сказала, что очень уважает ментов и бандитов. Я тогда спросил ее: - За что? А она ответила: - за то, что менты и бандиты очень крутые, ничего не боятся. Могут подраться и пострелять... Тогда я ей ничего не ответил, но скажи она мне это сегодня, я бы ее очень сильно удивил...
- Ну и чем же? – осведомился следователь.
- Ни менты ни бандиты вовсе не крутые. Ну много ли мозгов и смелости надо подраться или нажать на курок? А крут на самом деле был вот этот старец, который двадцать лет жил один в лесу, в ветхой, продуваемой ветрами, лачуге. В которой даже постели нет... Двадцать часов в день молился и спал четыре часа в сутки. Питался тем что найдет, или кто что подаст... Ну кто из братвы или ментов способен на такое?


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й


12


- Мама, мама! Смотри что я нашел! – закричал Виктор, лишь зайдя домой.
- Святой Боже! Да это же икона Богородицы! – вскричала женщина. – Где ты взял это? Опять со своими друзьями отморозками кого-то обокрали?
- Да что ты, мама, я правда нашел ее. Иду мимо остановки у вокзала, смотрю в газету завернуто что-то и нет никого. Дай думаю, разверну, гляну. А там икона, вот. И еще книга какая - то церковная. Библия написано. Забыл кто - то на остановке, наверное. Ну не оставлять же на улице. Все равно кто - нибудь подберет, вот я и взял.
- Ну что ж, если все так и было, тогда поставь в своей комнате и молись. Может она спасет тебя от бед, напастей и ложных друзей, – сказала женщина, акцентируя последние слова насчет ложных друзей.
Зайдя в свою комнату Виктор закрыл дверь на защелку. Икона заняла место в углу письменного стола. Сзади он подпер ее стопкой книг и теперь она не падала. Он все ходил по комнате и смотрел на нее. И так посмотрит и этак взглянет... Вспомнил про Библию. Достал ее из котомки и положив на стол перед иконой, раскрыл посередине. Выключив свет, достал из котомки огарочек свечи и зажег. Подержав его какое-то время в руке, поставил у Библии прямо на стол.
“Красиво, - подумалось. - Вон, какой интим получился...”
Сел на стул у письменного стола и стал глазеть на икону. Странные, дрожащие от свечного огня, тени заполнили комнату. Даже как-то страшновато стало...
“Вот так, наверное, и старик тот смотрел на нее и читал свою Библию, - подумалось. - А что же там пишут - то в этой книге? Дай - ка взгляну...”
Пододвинув стул поближе к столу, облокотившись локтями о стол, обняв голову руками, прочел: “Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте. Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими. Будьте единомысленны между собою; не высоко мудрствуйте, но последуйте смиренным; не мечтайте о себе; Никому не воздавайте злом за зло, но пекитесь о добром перед всеми человеками. Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми. Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: “Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь”. Итак, если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо делая сие, ты собираешь ему на голову горящие уголья. Не будь побежден злом, но побеждай зло добром”.
“Красивые слова, - подумалось. - Однако слова лишь. Ну кто соблюдает их?”.
Виктор, оторвав глаза от текста Библии и взглянув на икону, опешил. Из нее стало исходить голубовато белое свечение. Вначале очень слабое, но постепенно оно стало нарастать все сильнее и сильнее и, наконец, стало таким ослепительным, что он, прикрыв глаза рукой, прищурился. На него напал такой страх, что он, спрыгнув со стула и отскочив в дальний конец своей комнаты, буквально втиснулся в угол. Наконец он осмелился взглянуть на свет, который уже заполнил всю его комнату. Посреди стояли два огромных, одетых в белые одежды, херувима с огромными крыльями за спиной.
- Преклони колени твои и опусти очи твои, недостойный раб Божий, ибо сюда идет Царица Небесная! – сурово сказал херувим, стоящий справа.
Какая-то неведомая сила повергла Виктора на пол и он, уткнувшись лбом в пол, замер, не смея даже поднять головы и посмотреть на происходящее. Свет стал еще ярче и один из херувимов, повернувшись к иконе, источающей свет и поклонившись, произнес:
- Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою! Благословена Ты в женах и благословен плод чрева Твоего, яко Cпаса родила еси душ наших!
После этих слов, повернувшись в сторону иконы, оба ангела застыли в земном поклоне.
- Я хочу чтоб ты знал, что Мефодий был одним из немногих, живущих на земле, угодных Моему Сыну и твоему Богу, – сказала совершенно спокойным и нежным голосом появившаяся во всем своем великолепии Богородица. На голове у нее была золотая, переливающаяся всеми цветами радуги, корона, а в руке она держала символ царской власти – скипетр. - Мефодия охранял целый легион ангелов, - продолжила Она, - которым Я заповедала хранить его. Ему нужно было только попросить. Но он предпочел смерть и не разрешил им покарать тебя и твоих друзей...
- Простите меня, я больше не буду! – зарыдал, не поднимая головы, Виктор.
- Конечно не будешь, - сказала Богородица. - С сегодняшнего дня жизнь у тебя изменится. Ведь тебе придется осознать все, покаяться должным образом и довершить то, чего не успел Мефодий...
- Да будет по слову Твоему, Царице Небесная! - сказал один из херувимов не поднимая головы.

13


Три дня Виктор провел закрывшись, не выходя из своей комнаты и мама уже стала сильно беспокоиться. Она не видела ни яркого света, ни явившейся Богородицы, ни ангелов, прибывших с ней. Несколько раз она подходила к дверям, но лишь протянув руку к дверной ручке, не могла взяться за нее. Всякий раз ей становилось так плохо, что она вынуждена была вновь и вновь поспешно отходить от дверей, дивясь происходящему. Она пыталась звать сына, но он не отвечал ей. В очередной раз, подойдя к дверям комнаты сына, она уже хотела было постучать, но Виктор сам отворил дверь и вышел из комнаты. Он был бледен как сама смерть и выглядел очень усталым. Мать вздрогнула от неожиданности:
- Что случилось, сынуля? – спросила она, но тот не ответил на поставленный вопрос.
- Я выйду по делам ненадолго, - буркнул он и выйдя из квартиры, закрыл за собою дверь.

14


Мать тихонько зашла в комнату сына и осмотрелась. На письменном столе стояла икона Богородицы, возле которой находился горящий огарочек свечи. На столе, лежала открытая Библия. Сын явно читал ее...
“Интересно, что же такое произошло три дня назад и где же на самом деле он взял икону и Библию? Да и как свеча, вот уже трое суток все не сгорает?”, - подумала женщина.

15


Что там произошло за эти три дня, в комнате Виктора, не знал никто. А теперь он шел в Никольскую церковь с одной лишь целью - узнать слова молитвы Пресвятой Богородице.
- Извините, не подскажете, как к господину попу надо обращаться? - спросил он у какого - то прихожанина.
- Батюшка, нужно говорить, – поучил его тот, - или еще можно говорить Отец Василий. Его Василием зовут, - уточнил прихожанин.
- Спасибо! – сухо буркнул Виктор и стал ждать окончания службы. Везде стояли люди. Он стал наблюдать за ними. Кто-то шептал молитву, кто-то крестился.
Одна женщина плакала и что-то шептала, стоя на коленях у иконы Богородицы. Виктор сразу узнал ее. Такая же как у него, только побольше. Виктор подошел поближе и попытался расслышать хоть что - нибудь, но женщина так тихо произносила слова, что тот ничего не смог разобрать.
Он все же дождался окончания службы и подошел к священнику.
- Здравствуйте, батюшка, я хотел бы вас попросить записать мне слова молитвы Богородице, - перешел сразу к делу Виктор.
- Здравствуйте! – ответил Отец Василий, поприветствовав его кивком головы, жестом поманил к свечной лавке, - вот здесь вы можете купить молитвослов, в котором найдете все нужные молитвы, в том числе и молитву к Пресвятой Богородице.
- Спасибо, - буркнул Виктор. Заплатив, и взяв предложенный ему молитвослов, направился домой.

16


Прошло тридцать лет. В Вильнюсе, у Свято Духова монастыря, на ступеньках храма сидел не старый еще, лет пятидесяти, босой, бородатый мужик, одетый в лохмотья. Под рубахой он явно что-то прятал, потому что все время поправлял предмет, находящийся у груди. Через плечо у него была перекинута котомка. Из вещей в ней лежал огарочек свечи да старая Библия, в которой отсутствовали 22 страницы.
Мужик все время крестился и повторял одну только заученную наизусть фразу:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного! Пресвятая Богородица, помози ми, не остави мене, умоли Сына Твоего о мне грешном...
Один Бог ведает, сколько раз в день он повторял это. Лишь только утром открыв глаза, он тут же начинал повторять заученную молитву и твердил ее весь день до самой ночи, пока вновь не засыпал. Однако даже случайно проснувшись ночью, он опять начинал твердить заученные наизусть слова…
Мужик останавливал заходящих в храм людей и слезно умолял, чтоб те помолились за него, грешного. Монахам он также не давал прохода и лишь увидев, падал на колени и коснувшись лбом земли, умолял:
- Братья! Святые братья! Помолитесь о мне грешном, ибо в святом писании сказано: “Многое может молитва праведного поспешествуя во благое!”.
Сам он ни в монастырь, ни в какой-либо другой храм никогда не заходил, потому что считал себя ужаснейшим грешником на земле и очень боялся Божьего гнева...

Алексей Солдатенко


Б Л А Ж Е Н Н Ы Й

................................................................................................................................................................................................................................................................................
(голосов: 9)
ПОХОЖИЕ СТАТЬИ:
Раздел: РАРОГ » Проза
В преддверии лета публикуем сказку нашего автора Валерий Рассвет "ВАСИЛЁК".
Раздел: РАРОГ » Проза
СЛАВЯНСКАЯ РАПСОДИЯ - представляем читателям новый рассказ нашего автора Валерия РАССВЕТ
Раздел: РАРОГ » Проза
Пасхальные чтения ИИСУС ХРИСТОС 61. Свидетельство Иисуса о втором пришествии и Страшном Суде Когда Иисус отходил от храма, один из учеников
Раздел: РАРОГ » Проза
Литераторы Союза русских литераторов и художников Вильнюса РАРОГ Доктор гуманитарных наук Елена Петровна БАХМЕТЬЕВА СТАКАН КРЕПКОГО ЧАЯ ИЛИ
КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

ХУДОЖНИКИ:

«РУССКИЙ ВЕРНИСАЖ» ЗОВЁТ ДРУЗЕЙ
«РУССКИЙ ВЕРНИСАЖ» ЗОВЁТ ДРУЗЕЙ В понедельник 18 июня в Клайпеде в Центре национальных культур открылась выставка работ русских художников Литвы и России
ВСТРЕЧА С БЕЛОРУССКИМИ ХУДОЖНИКАМИ В КЛАЙПЕДЕ
ВСТРЕЧА С БЕЛОРУССКИМИ ХУДОЖНИКАМИ В КЛАЙПЕДЕ Встреча членов СРЛХ «РАРОГ» и ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ с художниками из Белоруссии и их картинами состоялась вчера 23 марта на
8 МАРТА – «БОЛЬШОЙ» И МОЛОДЫЕ СОЛИСТЫ ЛИТВЫ
8 МАРТА – «БОЛЬШОЙ» И МОЛОДЫЕ СОЛИСТЫ ЛИТВЫ Поздравляя наших восхитительных женщин с Праздником 8 марта, публикуем два репортажа о двух замечательных концертах, прошедших

Русские в истории и культуре Литвы:

Русские в истории и культуре Литвы
Copyright © 2016 CARAMOR.LT, ОО РАРОГ, | Все права защищены
Фотобанк В.Царалунга-Морара